PROдизайн, журнал Белорусского союза дизайнеров, №4, 2002, Минск, с.72

 

«Искушения Сергеева»: содержание в поиске выражения

 

 

9 января в Музее современного изобразительного искусства в Минске открылась ретроспективная выставка фотографий Игоря Савченко под названием «Искушения Сергеева». На открытии был также представлен новый проект художника - книга с тем же названием «Искушения Сергеева», в которой художник вынес на свет литературную ипостась своего творчества...

 

В рамках фотографии художнику Игорю Савченко было свойственно стремление работать с наименее визуальными аспектами фотообраза. Очень часто на его фотографиях, как ни пародоксально это звучит, «изображение» как таковое было вторичным, являлось «величиной производной» от той богатой гаммы ассоциаций и дополнительных смыслов, которыми художник как дымкой окутывал свои фотографии, создавая в каждом конкретном случае новый «прецедент взаимодействия» слова и образа, образа и контекста, укрытого и явного на снимке.

 

Эти старые работы вспоминаются потому, что в своем новом проекте «Искушения Сергеева» Игорь Савченко, решительно переместившись на территорию слова, написав книгу, остался по сути верным своей старой артистической стратегии. Это все та же «децентрация» жанра, он по прежнему ищет способов реализации своих замыслов «на полях», на пограничных территориях устоявшихся сфер артистической креации. Стратегия сохранилась, но приобрела очевидно новые качественные формы.

 

Его новый проект - книга, хотя многое в ней, и прежде всего в ее внешнем облике и дизайне, активно сопротивляется такому определению. Тексты, написанные Игорем Савченко, оказались здесь вплетенными в такую дизайнерскую интригу, которая не оставляет никаких шансов однозначно определить границы, где кончается содержание, и начинается форма.

 

Интрига эта разворачивается здесь не только и не столько даже между словами и образами, как это было раньше в фотопроектах Игоря Савченко, она и в дополнительных формах, в «материале» с его фактурой, в дизайне (этот последний сделан по заказу Савченко художниками из агентства Collection). Физическая материя переплетена здесь со словом и его смыслом.

 

«Искушения Сергеева» - это коробка из гофрированного картона, в таких иногда хранятся семейные архивы, со старыми письмами и фотографиями. Как будто следуя этой ассоциации, а точнее сознательно провоцируя ее к жизни – автор действительно помещает в нее стопку фотографий, будто старых и пожелтевших, и конверты, для надежности перевязанные старой «стилизованной бечевкой». В одном из конвертов – тексты, задуманные как вырезки из старых газет с сообщениями с фронта времен войны 1914 года. На обратной стороне фотографий ( в данном случае это полиграфически выполненная стилизация фотоснимков то немецких детей, то красных командиров, то вокзальных зарисовок военного времени, то просто пейзажей) – напетчатаны тексты. Эти рассказы в большинстве своем - о «невоенном» на войне, или просто о тех пластах человеческой экзистенции, которые остаются неизменной частью человеческой жизни независимо от эпохи, политики, идеологии.

 

Как в рассказе «Двое», где солдат, томящийся в зимном одночестве на своей военной вахте, находит успокоение в обществе луны, которая овеществляет «своим светящимся присутствием» бытие всего остального мира, в котором есть также где-то его родной дом и близкие ему люди... Это именно Луна в небе становится местом соединения чуждой холодной реальности вокруг и теплых воспоминаний-мечтаний-снов о близких и доме...  Фотогафия на обороте – по-зимнему графичный ночной пейзаж, но видим мы его не столько своими глазами, сколько описанным чувствованием героя... Героя на снимке нет, он – в нашем восприятии, в той точке, с которой мы смотрим и видим то, что он чувствует...

 

Эта многократная подмена понимания визуального образа тем, что описано на его обороте, является своеобразным авторским know-how, перцептивной стратегией, придуманной автором для читателя-зрителя. И кажется уже невозможным возврат ни к чистому образу, ибо «что значат эти пейзажи и лица без глубины приписанных к ним слов», ни к дистиллированому слову, лишенному визуальной материальности, старых конвертов, бечевки и открыток...

 

Каждый рассказ в этом цикле как клубок содержательных нитей, которые связывают лица людей, улыбки, жесты, пейзажи с невидимой но очень важной перспективой всего того, что с ними происходит. Как невозможно понять до конца смысла дороги, без помещенного на ее обороте рассказа «Курьер», где дорога наполняется множеством содержаний – от физических ощущений ветра, запаха, солнца, до общественно-патриотического измерения долга, который искренне стремится исполнить курьер, несясь на своем мотоцикле по пустынным проселкам...

 

Суть этих «перцептивных перверсий» в проекте Савченко в том, чтобы разомкнуть привычные рамки устоявшихся в культуре связей между тем, что мы «видим», и что «понимаем», тем, что «читаем», и как это «представляем». Этому же «размыканию» герметичных сфер нашего восприятия служили и «пространственные инсценировки» на открытии выставки. Реальные люди и материальные предметы «стилизованные» в духе вымышленной художником атмосферы, играли ту самую роль по отношению к книге «Искушения Сергеева», что и фотографии на открытках по отношению к текстам...

 

В процессе чтения «Искушения Сергеева» читатель как будто постоянно балансирует между разными формами авторской креации, а само содержание книги Игоря Савченко оказывается бесконечно подвижным, оно - в беспрерывном поиске своего выражения, того окончательного облика, который оно примет в нашем восприятии на стыке слова, образа, материи и дизайна...

 

 

Нелли Бекус

Варшава, 2002